56cbc3a5     

Левитин Карл - С Вами Ничего Не Случится



Карл Левитин
С вами ничего не случится
Более обаятельного бездельника, чем генерал Гомес Умберто Льялос, не
было не только в Астрофлоте, но и на всей Гамма-Дельте. Вызов к нему не
мог предвещать ничего хорошего. Полковнику показалось даже, что
электронный часовой слишком уж почтительно взял на караул, когда его
скутер причалил к штабу. Не в пасть же к дракону он направляется, черт
побери!
Прямо у входа в бункер стоял огромный армейский трайлер. Из-под чехла
топорщилось очередное сверхсекретное оборудование, о чем, кроме
устрашающего оранжевого цвета, в который было выкрашено это шестиосное
чудовище, свидетельствовали и многочисленные предостерегающие надписи:
"Собственность Астрофлота. Не приближаться!" Вдоль брезентового бока
трайлера прохаживался сержант-негр и от нечего делать подставлял нежаркому
солнцу свою и без того вполне достаточно темную физиономию.
- Сеньор полковник, - сказал сержант, когда Педро поравнялся с ним. -
Докладываю: Гульялос ждет вас в тоске и нетерпении.
Конечно, это было совершенно недопустимой фамильярностью со стороны
младшего чина, но полковник лишь с большим трудом подавил улыбку -
соединение инициалов и фамилии генерала в одно слово давало тому краткую,
но весьма точную характеристику: в радиусе ста миль не было ни одной юбки,
устройства которой он не знал или не хотел бы узнать немедленно.
- Не забывайтесь, сержант, - рявкнул полковник, быть может, самую
малость слишком всерьез и лишь тут увидел, что на него, разинув рот до
ушей, преданно таращится его собственный бывший водитель Америго Кристофор
Фритьоф Магеллан по прозвищу "Первопроходец".
- Выбалтываю вам Большую Государственную Тайну, сеньор, - сказал он,
склонившись к уху полковника. - Этот катафалк предназначен вам, а вы... -
тут сержант закатил глаза так, что стали видны одни лишь белки, выпятил
свою похожую на раздувшуюся автомобильную камеру нижнюю губу и скорбно
покачал увенчанной пилоткой лопоухой головой, - а вы, сеньор,
предназначены для этого катафалка.
Сержант махнул рукой в сторону трайлера, стал по стойке смирно и отдал
полковнику честь.
Этот малый всегда был симпатичен Педро, но не до такой, конечно,
степени, чтобы задавать ему сейчас вопросы о причинах его, полковника,
вызова к начальству. Любопытно, однако, откуда пройдохе что-то известно?
Конечно, его подружка из гарнизонного бара... Ромейро прикусил язык: он
ненавидел сплетни.
- Входите, дружище, прошу вас, - генерал Гомес Умберто Льялос энергично
вышел из-за стола навстречу гостю и сердечно пожал его руку сразу обеими
своими. Его голос звучал неподдельной радостью, улыбка на холеном
породистом лице выглядела искренней.
- Располагайтесь поудобнее, старина, - продолжал ворковать он, усаживая
Педро в кресло, пододвигая ему пепельницу, поворачивая вентилятор так,
чтобы он лучше обдувал лицо гостя. - Разговор нам предстоит долгий.
Полковник сколько-то времени наблюдал за всей этой пустопорожней
суетой, а потом сказал негромко, но решительно:
- Стреляйте, генерал. Дымовая завеса уже достаточно густа.
Льялос сразу погрустнел и поблек. Он привык, что люди, бессознательно
стремясь отдалить неприятный момент, помогают ему в его игре. Что ж,
полковник Педро Жозеф Ромейро, сорока семи лет, женат, гаммадельтянин, не
судим и так далее, сам виноват во всех своих бедах. Генерал поднял со
стола листок бумаги, придавленный пресс-папье, и, держа его на вытянутых
руках перед собой, стал читать без каких-либо акцентов, усилений смысла
или хотя бы з



Назад